Герой по принуждению. Трилогия (СИ) - Страница 289

289

Сестры Маниту тотчас окружили Руфь и расцеловали молодую женщину так, словно они были её лучшими подругами, очень тепло и радушно. При этом тот человек, к которому Гельмут обратился таким странным образом, представил их ничуть не менее удивительным образом, назвав так, что сердце Руфь немедленно встрепенулось и отозвалось в её голове частыми ударами. В ней самой была четвертинка крови черокки и потому одно только упоминание о Великом Маниту не оставило её равнодушной. Она, почему‑то, сразу же захотела во все поверить, но, все‑таки, ей требовалось хоть какое‑то доказательство того, что все это правда.

Представив Руфь Доницетти своих подруг, Создатель Алекс сам шагнул к ней и, по‑отечески, поцеловав поэтессу в лоб, вдруг обнял их обоих, её и Гельмута, подвел к парапету и негромко сказал:

‑ Взгляни на небо, Руфь.

Вслед за этими словами молодая женщина, вдруг, увидела, что над ночным Нью‑Йорком танцуют радужные сполохи. Это зрелище было одновременно божественно красивым и величественным, от чего этот город буквально преобразился. Все остальные мужчины и женщины, которые поздравляли друг друга с Новым годом, явно, ничего этого не видели, иначе все они, несомненно, стояли бы рядом с ними, пораженные этим фантастическим зрелищем. От этого неспешного танца ярких огней её отвлек восторженный возглас Гельмута:

‑ Создатель Алекс, я предлагаю выпить за то, что в эту чудесную новогоднюю ночь ты обрел таких очаровательных подруг и за то, что само небо поздравило тебя!

Руфь, с каким‑то испугом взглянула мужчину, которого её пылкий, юный поклонник назвал Создателем, но том, взяв с подноса бокал с шампанским, кивнул Гельмуту и сказал:

‑ Спасибо, дружище, за это я выпью с особым удовольствием и буду надеяться на то, что и тебе, старому вдовцу, сегодня улыбнулась удача и ты убедишься в том, что встретил ту женщину, которая с восторгом откликнется на твое чувство, испепеляющее тебя. Только я, все‑таки, заранее предупреждаю тебя, Парадиз Ланд, которому вы оба отныне принадлежите, полностью изменит все ваши прежние представления о любви. ‑ Повернувшись к молодой поэтессе и приподняв свой бокал, он добавил ‑ Руфь, если ты действительно желаешь стать одной из нас и войти в Парадиз Ланд, то ты должна сейчас пойти в наши апартаменты, где моя подруга Сидония, а она такая же черокки, как и ты, сотворит для тебя магическую купель, которая полностью преобразит тебя.

Черноволосая Сидония, отпив шампанского, прижалась к Алексу и, поцеловав его, негромко возразила:

‑ Любовь моя, я не черокки. Моя мать была сиу.

‑ Господи, да какая разница! ‑ Весело смеясь ответил ей Алекс ‑ Ведь вы все один народ.

Не успела Руфь улыбнуться, как другая дочь Великого Маниту, Айрис, строго сказала:

‑ Нет, Алекс, если ты хочешь преобразить подругу Гельмута, как ты преобразил его самого, то тебе нужно самому сотворить магическую купель. Мы, пока что, не так хорошо преуспели в магии высшего уровня, хотя и занимаемся этим делом вот уже две с половиной тысячи лет, а теперь еще, благодаря Создателю Яхве, стали альфами, как и ты. На нас ведь не лежит Божья благодать...

Сердце Руфь наполнилось восторгом, хотя, по сути дела, между Создателем и его подругами, похоже, вспыхнул спор, так как он, выпив двумя глотками шампанское и выдернув прямо из воздуха горящую сигарету, которая сменила в его руке пустой бокал, веселым голосом воскликнул:

‑ Ну, да, конечно, а в честь кого же тогда Господь Бог раскрасил ночные небеса радугами? Ну, отвечай мне, Айрис? Хотя, в одном я с тобой точно согласен, у меня магия с золотой водой мастера Ольгерда действительно получается намного лучше, чем у него самого. Может быть не так хорошо, как с его золотыми оберегами, хотя, черт его знает, ни Серегу, ни Гельмута я вилкой еще не ковырял...

И если у Руфь, в самом укромном уголке её сознания еще копошился крошечный червячок сомнения, то в следующее мгновение рыжеволосый, атлетически сложенный, высокий юноша полностью развеял их. Гельмут достал из бокового кармана своего смокинга нож с выбрасывающимся лезвием и с веселой улыбкой резко и сильно ударил его лезвием по своей ладони. Она даже не успела испугаться и вскрикнуть, как поняла, что этот парень был неуязвим для острой стали. Когда же Айрис сделала рукой какое‑то движение, словно она хотела взять что‑то в руки, Создатель Алекс остановил её словами:

‑ Девочка моя, только не нужно устраивать показательной стрельбы из своего громадного пистолета. Это лишнее. Давайте лучше полюбуемся на эту радугу в ночи и как только она погаснет, спустимся вниз.

Они постояли на террасе еще минут десять и все это время Гельмут пытался проткнуть свою руку ножом, но безуспешно. Вскоре яркие сполохи на небе погасли и они ушли из ресторана, в который Руфь пришла только потому, что не хотела встречать Новый год в одиночестве, как она отметила Рождество. Правда, она совсем не ожидала того, что встретит его таким удивительным образом. Сердце её бешено колотилось от волнения в ожидании чуда, тем более, что те люди, которые шли рядом с ней, говорили о таких странных вещах. Айрис, которая, похоже, одна из всех сестер Маниту интересовалась этим, внезапно спросила Создателя Алекса:

‑ Мой повелитель, я все‑таки никак не могу понять, как ты смог создать такое магическое заклинание? Ведь ты, в отличие от нашего брата Ольгерда, не перечислял всех имен Смерти.

Ответ Создателя поверг Руфь в изумление как своей несерьезной формой, так и содержанием. Он, небрежно махнув рукой, сказал со смехом:

289